Эту историю мне рассказал мужичок по имени Лёня. Я тогда временно подрабатывал на стройке, мы ремонтировали крыши, а он там работал постоянно уже года два. Как-то на обеде мы сидели «резались» в дурака. И Лёня вдруг начал рассказывать про свои, как он сказал, «карточные дела».

Рассказ был о том, что когда-то в конце 80-х этот самый Лёня был очень даже неплохим игроком в покер. (Я сам не знаю был тогда покер в СССР, а тем более в нашем небольшом городе, или нет, но как Лёня рассказывал так я и говорю.) И игроком он был настолько хорошим и при этом с хорошей репутацией, что однажды пригласили его играть в самый почитаемый в городе игорный клуб. Там собирались лучшие игроки города, а о партиях разыгрываемых в этом клубе ходили легенды.163

И Лёня с первой же партии просто влюбился в этот клуб. Так ему здесь всё нравилось – здесь люди играли с таким азартом, таким чувством, но при этом не было, ни склок, ни потасовок. Здесь люди играли по-честному. Они не кичились выигрышами, а с проигранным расставались легко.

На глазах Лёни и даже, как он говорил, при его участии разыгрывались партии, о которых так любят травить байки заядлые игроки. Деньги в этом клубе ставились не сильно большие, но суммы были стабильные, порой доходя до очень заманчивых размеров. Полтора года каждую пятницу Лёня играл в этом клубе.

И всё Лёне нравилось, но приближались смутные девяностые и нехватка финансов вдруг резко ударила по Лёниной семье. Вот тогда-то чёрт и дёрнул Лёню «сшулирствовать» — решил он немножко удачу свою в картах подстраховать. Он тогда всегда носил пиджак, не знаю, как он правильно называется, но выглядел как что-то среднее между сюртуком и рабочей спецовкой.

Сзади по талии, у этого пиджака, был довольно широкий пояс. Так вот в этом поясе Лёня сделал карман. И однажды, после окончания партии, умыкнул из колоды одну карту, (он как сейчас, говорил, помнит, что, то была 10 треф) и спрятал в этом кармашке. При одной из следующих игр, когда ему понадобилась десятка он, как будто почёсывая спину, достал нужную карту, на её место, положив семёрку. Потом, когда ему была выгодна в игре семёрка, он достал и её.

Такую штуку он провернул несколько раз, (колоды в этом клубе все были одинаковые). Он подзаработал денег, рассчитался с долгами и хотел было бросить свои махинации. Но тут он «спалился» — просто не до конца заткнул карту в свой потайной карман и когда поднялся со стула за очередным выигрышем, один из его партнёров увидел краешек карты отражённый в мутном оконном стекле, что было так некстати как раз Лёниной спиной. Если б он не вставал и не поднимал свой тыл над спинкой стула, ни кто бы ничего не заметил. А так…

Лёня думал, тогда, что его убьют. Сколько он историй слышал про наказание нерадивых шулеров, как у них забирали всё имущество, им отрезали пальцы, выкалывали глаза, ставили клеймо на лбу или попросту убивали. Ему было очень страшно.

Но его не убили и даже не покалечили — его просто выгнали из клуба и даже не потребовали компенсации. А напоследок одни из его игорных товарищей сказал: «Что ж ты, Лёня, честь свою в землю втоптал?». Двери клуба для Лёни закрылись навсегда. Хотя наверно и сам клуб тоже в скором времени навсегда закрылся.

Закончил свою историю Лёня такой фразой: « Вот сижу я с вами в дурня играю, а сам тот клуб вспоминаю, как же там было…» — а потом бросил карты на стол и добавил – «Лучше бы меня тогда убили!»